Искусство

Герой по имени Нефты: документальный спектакль про городской район

30 сентября в ДК Малунцева впервые покажут документальный спектакль о жизни в Нефтяниках. Образ на афише — атланты в робах заключённых, попирающие ногами деревню Захламино и держащие на плечах ДК. Что это означает, какие задачи у проекта и почему нужно было обязательно задействовать театр? Серафима Орлова узнала у создателей проекта «Нефты.док» — автора Людмилы Мироновой, режиссёра спектакля Анны Козловской и актёра Дениса Аванесова.

В Проектной лаборатории «Город своими руками» провели весну и лето, исследуя улицы, дворы и парк в городке Нефтяников. Вместе с жителями там уже меняют один из дворов на улице Малунцева, в ДК запустили летнюю школу активных горожан «Мои Нефтяники», построили «Балкон» в Советском парке и готовят документальный спектакль по воспоминаниям старожилов и размышлениям нового поколения о будущем своего района. В серии постов на Public Speech участники лаборатории рассказывают, над какими проектами они сейчас работают.




Людмила Миронова

филолог, участник кинотеатрального объединения GoodWinЫ и Проектной лаборатории «Город своими руками»





Об исследованиях городка Нефтяников


— Расскажи немного, как сложилась команда, работающая над спектаклем? Как вы с Анной нашли друг друга?

— Когда мы занимались исследованиями, мы, конечно, хотели, чтобы пьеса была показана в стенах ДК Малунцева. И поставил бы её режиссёр, который здесь работает. Анна очень интересный человек, я знала о Неделе Экспериментального Театра в том числе (Анна Козловская один из организаторов фестиваля — ред.). И поэтому ей написала с предложением. Но мне было очень страшно, я очень волновалась.

— Как долго шла работа над проектом?

— Лаборатория запустилась в апреле. Сначала был большой образовательный блок. Нам рассказывали про урбанистику, про исследование среды: как менять место, где мы живём, как сделать его лучше. Потом мы разделились на группы: кто-то изучал среду, кто-то экономический потенциал места. Мы задавали себе вопросы: какие пользователи здесь есть, в Нефтяниках? Что им интересно, какие проблемы?

Я была в команде «Идентичность». С ребятами мы изучали историю Нефтяников, архитектурные памятники, визуальный облик, что здесь сохранилось, что здесь есть. Я исследовала историю деревни Захламино, которая здесь была до строительства Нефтяников.

У нас был месяц исследований. И потом мы думали: что же здесь сделать лучше, как можно изменить это пространство? Кто-то занимался изменением Советского парка, созданием площадки для молодежи, в результате чего появилась площадка «Балкон». А у меня возникла идея, что на этом материале, на тех интересных историях, которые я собрала, может получиться спектакль. Не знала ещё, какой. Материала было очень много.

— Твой личный опыт существования в Нефтяниках? Что у тебя здесь было, происходило в жизни, почему ты стала изучать этот район?

— Я с Нефтяниками никогда не была связана. Училась в центре, знала больше другие районы. Нефтяниками я стала заниматься только с начала лаборатории.

— То есть это терра инкогнита для тебя?

— Да, я узнала об этом районе в процессе исследования. Что я знала раньше как обычный омский житель? Студенты здесь, нефтезавод и всё. Пока мы собирали материал, я всё лето здесь провела. За лето все эти места стали родными, и люди тоже.



О социальном театре


— Как ты считаешь, может ли театр менять что-то в сознании людей и воздействовать на какие-то вполне конкретные проблемы, которые существуют в обществе?

— Я считаю, что театр очень меняет сознание. Актёр что-то чувствует и рассказывает про то, что ему важно, задаётся вопросами про жизнь и свободу. Если ты это посмотрел, ты начинаешь искать в себе ответы. Когда я изучаю историю Нефтяников, я задумываюсь над тем, что здесь происходило, что здесь было. Была деревня Захламино, потом она превратилась в культурный слой. На плечах заключённых, как на плечах атлантов, воздвигся городок Нефтяников. Был его расцвет, потом распад СССР, потом появление студенческого городка. Резонно спросить — что же дальше? Как сделать, чтобы у района было будущее, интересное? Пусть человек подумает, начнёт что-то делать. Театр послужит небольшим толчком. Если ты никогда не решался танцевать, но увидел в театре поразивший тебя танец, почему бы не начать танцевать самому?

— Театр становится одной из форм обсуждения проблемы, как дискуссии и лекции. Но начинаем ли мы что-то делать после обсуждений?

— Кто-то начинает, кто-то нет. Я человек действия. Я участвовала и в проекте «Двория», где мы преобразовывали двор. Достаточно хотя бы выйти на субботник, построить лавочку или песочницу.
Есть люди, которые могут вдохновить, и есть люди, которые могут пойти и сделать. Театр может заразить, вдохновить. Вдохновителей мало, мало тех людей, которые могут вести. Но если после обсуждения не будет никакого дела, само обсуждение не нужно.

— Как разговаривать с людьми, которые критикуют «теорию малых дел», для которых ещё одна новая лавочка — это такое «почти ничего»? Дескать, все эти вещи, которые стараются делать люди понемножку — этого слишком мало, и пока не произойдёт какого-то большого изменения — это не имеет смысла, и пока я не вижу результатов — их нет.

— Я встречалась с такими людьми и не смогла их на данный момент переубедить. Дело в том, что я не могу ждать. Не могу ждать, когда начнутся большие изменения. А если ничего не случится? Ещё в школе, когда читала Льва Толстого, запомнила. Толстой говорил, что война — это решение каждого человека, который тогда жил, что это решение состоит из большого количества маленьких решений. Если люди начнут потихоньку делать, когда-то количество перейдёт в качество.

— То есть и война, и мир — это решение, которое должно принять большинство.

— Да, маленькое перерастает в большое. Если изменения насаждать сверху, часть людей не примет это. Поэтому изменения нужно начинать снизу. Начни сначала делать что-то сам.

— Какие результаты ожидаются от проекта?

— Для меня этот проект был образовательным, но в итоге вырос во что-то большее. Ответственность легла на мои плечи — довести до конца. Я рассказывала знакомым, что узнала о Нефтяниках. И даже те, кто здесь жил, говорили: «Мы не знали таких вещей, но нам это интересно, мы хотим узнать». А театр — это способ услышать все истории в интересной, живой форме. Пусть люди задумаются после этого спектакля, пусть поймут, что дом — это не только их квартира, пусть выйдут на улицу и начнут что-то делать. Если каждый начнёт делать что-то для своего района, своей улицы — пусть небольшие действия — всё начнёт по-другому жить.





Анна Козловская

режиссер творческого объединения «ДваТеатра»

(театр «ШуМиМ»)





О работе над спектаклем


— Почему вы взялись за эту затею — документальный спектакль о жизни Нефтяников?

— Потому что людей никто не заставлял заниматься историей Нефтяников. Они сами начали это делать. Они сами захотели создать эту историю — новую, авантюрную, с живой энергетикой. А живое тянется к живому. Мы в ТО «ДваТеатра» всегда за эксперимент. Мы даже посвятили экспериментальному театру ежегодный фестиваль. Поэтому когда мне предложили участие в проекте, я сразу согласилась: да, я буду сотрудничать, да, я буду помогать. Просто появилось ощущение, что за этим что-то есть.

Команду, которая работает над спектаклем, набирали отдельно — из людей, которые до этого были в разных театральных проектах. Сейчас прошло уже три репетиции. У нас очень мало времени. Надо за короткое время превратиться в труппу: доверять друг другу, не бояться друг друга. Сейчас мы все идём навстречу друг другу. Это творческий процесс: мы плетём кружево сюжета и отношений между героями прямо на репетициях. В пьесе нет чёткой сюжетной линии, поэтому мы отталкиваемся от самих актёров.

Может, и хорошо, что у нас мало времени. Может быть, если было бы больше времени, мы бы растеклись немножко по древу. А сейчас у нас «свет в конце тоннеля» всё ярче и ярче, премьера близко, скоро тридцатое сентября, все концентрируются, мобилизуются. Если мы и дальше пойдём такими бодрыми темпами, без потерь, то, я думаю, мы сделаем то, что хотим.




О реальных Нефтяниках и документальном театре


— Образ Нефтяников волнует вас как художника? С какими образами реальных Нефтяников вы работаете в спектакле?

— Образы проступают сразу, сами. Образы, которые нам подсказали драматурги, заявили какую-то социальную категорию, которая в городке Нефтяников. Характерная черта людей именно этого района — это такие «качели», резкие различия в уровне жизни и интеллектуальном уровне жителей. Здесь встречаются все категории жителей: от самых там хулиганов — или как на современном языке они нормально звучат, «гопники», да? — до интеллектуалов, до студентов, потому что ни в каком другом районе нет столько учебных заведений. И вот эти вот «качели», совершенно полярные персонажи, которые у нас встречаются, мне кажется, они высекают какую-то неповторимую атмосферу именно этого района.

Студент может знать язык улицы, грубый язык. Потому что если он его не будет знать, то ему здесь будет вообще некомфортно жить, надо будет спасаться бегством. А здесь же люди живут, и работают, и не делают из этого какого-то драматизма: «Я живу в сложном районе, Нефты — это ужас», — живут и живут себе.

Подборка фотографий из архива Т. Мамакиной. Стихотворение «Город детства» Роберта Рождественского в исполнении Гражданской обороны.

Родился ещё на первой репетиции образ, который передаёт атмосферу степи, огромного пустого места, большого расстояния — это карканье ворон, которое звучит в постановке.

Почему в спектакле вороны? Потому что спектакль про город, про окраины. В лесу будет петь другая птичка, в горах будет петь другая птичка. В какой-то благоустроенной деревне будут другие звуки: будет петушок, коровка замычит. А у нас степь и вороны.

У этого спектакля, впрочем, нет такой задачи — сказать правду, которую якобы никто не знает, вскрыть нарыв, обличить-уличить, уничтожить Нефтяники. Скорее нет, то есть, вообще наоборот — показать жизнь, отношения, людей, показать, что жизнь продолжается, значит, это хорошо. Плохо, когда жизни нет, когда всё умерло.

— Документальный театр в Омске нечасто встречается. Как вы считаете, почему его так мало?

— Для нашего театра его, конечно, немало. Потому что раз в год мы встречаемся с продвинутыми, экспериментирующими театрами у нас на фестивале. Театр ОСТ из Екатеринбурга, Ирины Лядовой — они постоянно к нам приезжают. Сейчас они уже профессиональным театром стали, у них был спектакль по настоящим уголовным делам. Ульяна Гицарева — драматург, она недавно получила Золотую Маску, это её пьеса и была.

В нашем театре «Карусель» по пьесе «Свободные люди» Муравицкого первая часть спектакля вся документальная. Чтобы её сделать, актёры специально приходили с вопросом «что такое для вас свобода?» на рынок к какой-нибудь бабушке маргинального вида, в офисе у подруг спрашивали. Кто-то говорил, для чего им это нужно, кто-то не говорил, для чего это.

Женщине, которая мясо продаёт, невозможно не сказать, для чего ты берёшь у неё интервью на тему свободы. А когда ей сказали, она разразилась целым монологом. Потом в театре это очень интересно слушать. Поэтому документальный театр в Омске есть, просто его нет или мало в профессиональном театре, но это и совсем другая история. Может, там этого и не надо? Зачем? Это наша ниша — любительского, молодёжного, экспериментального движения. А в профессиональный театр ходит кто? Им это зачем? Они сами себе док-театр.

— Ну, просто театры волнуются, как же им привлекать молодёжь. А ведь молодёжи надо говорить о том, что с ними происходит, здесь и сейчас, на их языке.

— Молодёжь ходит на проектный, документальный театр, ходит там, где им интересно. А потом эта молодёжь вырастет — и тогда она придёт в профессиональный театр, никуда она не денется.

— Какие перспективы у спектакля?

— Обычно не загадывают, не говорят. Если всё сложится, то перспективы есть. Есть площадка, на которой можно играть его дальше — ДК Малунцева — есть зрители, сезон. Раз спектакль про родные Нефтяники, его будут смотреть, конечно. Играть можно, ради Бога. Непонятна судьба команды, команда-то сборная. Сейчас ребята нацелены на определённый срок, но мы же не подписываем с ними никакие контракты, что теперь ты, где бы ты ни был, из любой точки земного шара должен приходить и опять играть этот спектакль. Поэтому всё зависит от людей, сколько продержится ещё этот магнитный центр, который сейчас всех нас примагнитил. А пока он есть, мы все работаем на премьеру, на тридцатое число.





Денис Аванесов

исполнитель одной из ролей в спектакле







— Полюбил ли ты этот проект? Если да, то за что? Зачем он тебе?

— Мне показалась интересной сама тема. Хотя я сам не житель Нефтяников. Желание и попытка изменить что-то в самом городе — это здорово. Проект «Город своими руками» интересен, и спектакль, который сейчас с нами происходит, тоже интересен. Это попытка как-то переосмыслить весь исторический материал, историю района, к которому мы, может быть, и не принадлежим, но который является частью города. А ещё я люблю театр сам по себе, и мне очень нравится процесс работы над спектаклем.

— Какие задачи у тебя в спектакле? Какого героя ты играешь?

— Уникальная особенность спектакля в том, что там нет чётко очерченных персонажей. Герои перетекают один в другого, один человек преображается из одного состояния в другое. И мне это нравится. Мы ещё в процессе, и, думаю, ещё будут появляться новые образы. Текучесть, пластичность спектакля мне очень по душе.

— Получается, ты появляешься с самого начала и проходишь какую-то череду образов?

— Да, так и будет происходить. Мы ещё в процессе и сами точно не знаем, к чему это всё приведёт завтра.

— Что ты для себя открыл в работе с режиссёром?

— У меня не такой богатый опыт работы с разными режиссёрами, но мне легко, я чувствую себя органичным и свободным, и мне кажется, это самое главное. Для результата, для итога это самое лучшее. Я начинаю какие-то внутренние пружины в себе выдёргивать, потому что некоторые вещи мне очень непривычно делать. Какие-то вещи мне приходится делать вообще впервые в жизни. Например, исполнять частушки.

— Я думала, что-то провокационное, а ты говоришь — исполнять частушки.

— Это оказалось трудно. Но я открываю для себя новую степень свободы, это тоже здорово — легко и классно работать. Нас 10 или 11 человек, я даже не подсчитывал.

— Ясно. Приходит такая радостная толпа, и все начинают что-то делать.

— Да. И это здорово, что нас так много и мы такие динамичные. Всё классно.




Автор: Маргарита Каспер

Иллюстрация к спектаклю «Нефты.док».



Премьера спектакля состоится в Д. К. Малунцева, 30 сентября, в 19:00. Вход бесплатный и свободный. Подробности можно узнать на странице проекта — «Нефты.док».


Проектная лаборатория «Город своими руками» в Омске организована в рамках программы «Родные города». Куратором лаборатории выступает Институт медиа, архитектуры и дизайна «Стрелка».


Фото для интервью: Виктория Игнатьева.