Кино

Как работают Киноделы

Многие знают их по атмосферным видеороликам Городского пикника и тизерам к Городскому катку. Сейчас они создают рекламу и снимают не менее интересные ролики. А после года существования открыли Киношколу для тех, кто хочет делать кино.

Как от низкопробной видеорекламы прийти к созданию роликов, которые хочется показать друзьям? Евгений Голенков и Юлия Саютинская рассказывают историю появления команды «Киноделы». От понимания необходимости расти в своей индустрии и получать образование до создания компании и о том, как происходит производство видео-контента.


Евгений Голенков

Режиссер

окончил экономический факультет Международного
института экономики и права, выпускник Высших
курсов сценаристов и режиссеров

Все началось с того, что несколько лет назад я занимался производством рекламы. Мне было интересно вообще видео и кино и все, что с этим связано. Я делал ролики для телевидения через коммерческие студии. Все мы не без глаз, и понимаем, что уровень нашего омского телевидения, нашего омского продакшна, крайне низкий по сравнению с федеральными и международными проектами. Мне никогда не было понятно, почему так, если инструменты — те же самые. Я был новый человек в этом, и специального образования никакого у меня не было. Я получил экономическое образование, и до занятия видеосъемкой у меня были разные руководящие должности, связанные с управлением организациями, созданием новых проектов. Создание роликов было чем-то дополнительным, что позволяло реализовать «творческие позывы». Тем временем я погружался в профессию, и ответов на вопрос «почему это не работает» становилось все больше.

Слово «профессионал» и «творец» — это разные слова. Профессионал — это тот, кто способен решать поставленные задачи и прогнозировать результат, сроки и качество.

В любом обществе есть представление о творческих профессиях: «Творческий человек — это тот, кто занимается тем, что ему нравится, и пытается срубить за это деньги. Занимается непыльной работой, эксплуатируя свой талант». Слово «профессионал» и «творец» — это разные слова. Профессионал — это тот, кто способен решать поставленные задачи и прогнозировать результат, сроки и качество.

Городской пикник


Отношения заказчика к студиям, которые занимаются видеопроизводством, такое: «Это просто люди, которые умеют снимать. Серьезным ребятам из студий нужно точно сказать, что мы хотим, и они сделают это на достойном уровне, но не творчески. Мы сможем это показывать партнерам и гордиться результатом». Другая категория — это талантливые творцы: «Вон тот мальчик так классно снимает видео, давайте его пригласим, у него талант, у него взгляд. Получится ярко и оригинально, но без гарантии качества». Один вариант — дорого и добротно, другой — полет фантазии. Многие также говорят, что в Омске нет денег на хороший продукт: «Слишком маленькие бюджеты. А на крутой ролик надо много денег, много времени, и в нашем регионе такого не существует».

В результате правильного отношения к этой профессии нет ни у кого из участников рынка — ни у заказчиков, ни у и исполнителей. Мы все знаем, что у нас много ателье и портних, но дизайнерских брендов нет, и мы даже не предполагаем, что такое здесь возможно — это для нас другой мир, Париж и Милан. Хотя люди здесь, в Омске, тоже есть. И про видео люди думают в таком же ключе.

Город ждет. Тизер Городского Катка

Когда я только пришел в индустрию, мне многие приемы казались в новинку. Однако позже я понял, что работающие в этой сфере люди чаще всего производят что-то вторичное. Вот так человек начинает чем-то заниматься, затем осваивает набор приемов, и начинает их тиражировать, уменьшая время на их реализацию и увеличивая стоимость своих услуг, — это называется увеличение эффективности. Многие люди, которые занимаются здесь этим, — и в профессиональной среде, и в любительской, — пользуются решениями, основанными на каких-то приемах, на фишках, а когда набор фишек, позволяющий решить любую поставленную задачу, освоен, человек останавливается в развитии.

Рекламный ролик для Mitsubishi

В Омске учиться этому всему до сегодняшнего момента мало где было возможно. Нужна система образовани, которая не основывается на «фишках», а на фундаментальных вещах. Мы сталкиваемся с кино- фото- видео- специальностью омской, и они готовят не специалистов в области кино и не специалистов в области визуального, они готовят специалистов формально. Специалистов, которые могут вести кружки, киноклубы, рассказывать о чем-то. Но это не профессионалы индустрии. На специальности за пять лет 90% заданий основывается на «фишках». Что такое фишка? Например, типичное задание — выбрать фотографа и сделать работу в стилистике этого фотографа.

Нужно воспитывать людей, которые никогда не имели ничего общего с видео и кино, никогда не нажимали на кнопку «Запись», но которым это было бы интересно.

Мне в какой-то момент стало понятно, что стереотипы есть, и они мешают, переходя при этом из поколения в поколение. Поэтому, когда я понял, что мне хочется дальше расти, а свои замыслы я реализовать не могу, я приостановил работу. Несмотря на то, что у меня были заказы, были клиенты. Я сделал это, чтобы создать команду, которая была бы способна решать любые задачи. Но я подумал, что брать для этого людей, которые с этой индустрией как-то связаны, бессмысленно. Нужно воспитывать людей, которые никогда не имели ничего общего с видео и кино, никогда не нажимали на кнопку «Запись», но которым это было бы интересно. Так мы сформировали нашу первую команду, и в каком-то виде она работает с нами до сих пор.

Рекламный ролик для хоккейного клуба «Авангард"

Нас было семеро. Мы взяли трех операторов — это три фотографа с хорошим фундаментальным образованием, у которых были и знания, и чувство. Был журналист, из которого мы планировали вырастить сценариста. Был художник, был звукорежиссер, который никогда не работал с кино, и я.

Как мы построили работу? Мы никому ничего не говорили, ни с кого не брали деньги. Договорились, что два раза в неделю будем встречаться и в формате лекций и упражнений будем осваивать самостоятельно кино. Мы встречались регулярно порядка восьми месяцев. Изучали историю кино, повторяли те вещи, которые человечество уже прошло, снимали упражнения. Стало понятно, что это все равно подход, лишенный системы. Мы решили, что должно быть какое-то фундаментальное образование.



Юля Саютинская

Оператор

окончила филологический факультет ОмГУ
и Школу фотографии и мультимедиа «Событие»


Моя история не намного отличается от Жениной. Я не училась нигде операторскому мастерству специально. Все началось уже после университета. Я закончила филфак ОмГУ, какое-то время работала в журналистике, копирайтинге и всем, что касается рекламы и написания текстов. В какой-то момент я попала в фотографическую среду, оказалась в школе фотографии и мультимедиа «Событие». Там мы познакомились с Женей на курсах, сначала учились, потом работали в школе. Там же организовали киноклуб. Это была закрытая тусовка. Принцип отбора был таким — это были люди, которые хотели заниматься кино, но никогда не занимались. Максимум это была фотография. Мы делали это осознанно, потому что Женя работал на телевидении и сталкивался с людьми, которые здесь снимают — есть определенная зашоренность. Чаще всего мы собирались в фотошколе, иногда на работе одного из наших товарищей.

После «События» я работала фотографом и видеографом, но продолжала заниматься. Женя привозил знания, я ездила в Москву. Была длинная история с получением знаний, и в итоге, когда Женя сюда вернулся, мы снова собрались вместе и начали делать Киноделов.

Евгений: Итак, я начал искать высшее образование по кино в России — и нашел. Это высшие курсы режиссеров и сценаристов в Москве. На сегодняшний день и последние 50 лет это лучшее заведение, которое готовит специалистов кино. Половина наших кинематографистов, которые снимают за рубежом и в России, как раз выпускники ВКСР. Я выбрал мастерскую, руководствуясь следующим принципом: это должен быть не профессионал, который снимал много и теперь будет делится опытом, а человек, который анализировал процесс и способен дать инструментарий, чтобы на этой почве выросли новые специалисты. Как показало время, это был правильный подход, поскольку мастерские, которые основываются на людях с большими именами и огромным опытом, производят копии мастеров, меньше учитывая всеобщий опыт.

Я проучился там два года — два года ежедневных занятий с утра до вечера шесть дней в неделю. В это время невозможно ни работать, ни что-то другое делать, только учиться. Задача была одна — знания нужно было получить и привезти сюда. Наборы небольшие, курсы по 100 человек на всю Россию, люди были из разных городов и стран — в нашей группе была девушка из Латвии, по-моему. В итоге многие люди остаются в Москве, потому что ты там постоянно крутишься, в этой среде. Мысли такие и у меня были, но всякий раз я думал о том, зачем я это сделал. Зачем поехал туда. Мне было в этот момент 28 лет, у меня была устойчивая работа, семья, всё. И это одно из условий, по которым людей туда берут — это люди с высшим образованием обязательно, состоявшиеся, зрелые. Это к вопросу о режиссуре. Если брать человека со школьной скамьи и учить его…

Режиссура — это не такой опыт. Все эти два года я передавал знания в Омск. Мы общались по скайпу, я приезжал сюда, когда была возможность финансовая и по времени. Всякий раз мы встречались. Я не помню, чтобы за этот период мы хоть раз встретились, чтобы посидеть в баре и поговорить, несмотря на то, что долго не виделись. Мы встречались у кого-то в квартире, в офисе, чтобы знания передать и отработать. Учебные фильмы я снимал со своей командой, здесь. У меня три учебных фильма было за это время и множество упражнений, я старался съемки максимально перенести в Омск. В итоге у нас у всех членов команды сформировалось видение, для чего мы это делаем. Мы все хотели, чтобы уровень в нашем городе повысился, выросло качество.

Юлия: Год назад мы принимали решение, где нам базироваться. Был разговор о Киновидеоцентре, что это такое, что здесь происходит? Мы сюда пришли, пообщались с директором, он нам рассказал много историй и то, как они тоже хотят в этом участвовать. Мы выяснили, что у нас есть точки соприкосновения, и обосновались здесь. Здесь есть кинозалы, тем более. Сейчас мы не только запускаем киношколу, еще готовим вторую съемочную группу.

Студии у нас нет, мы каждый раз находим помещения под съемки. Павильоны — это наша мечта, но это дорогое удовольствие. Это большие помещения, которые мы пока себе не можем позволить.

Евгений: Основная задача «Киноделов» — это коммерческие продукты, но это для нас не имеет значения, потому что все этапы производства на любом проекте будут одинаковыми. Почему не имеет значения, над каким проектом мы работаем? Мы можем работать над фильмом, документальным кино, репортажем или рекламным роликом. Но мы работаем по одним кинематографическим принципам.

Прежде чем приступить к работе над любым проектом, мы максимально подробно его изучаем. Мнения, фактические данные, языковое и визуальное взаимодействие предприятия, позиционирование в городе.

На основе этой информации и выявленной целевой аудитории мы создаем идею — что будет доносить ролик. Сперва мы четко формулируем мысль, а потом ситуацию, через которую она будет донесена.

Когда разработана ситуация, мы анализируем то, что существует в мире по этой теме: есть ли примеры подобных решений, эксплатируема ли эта ситуация, вторична ли она. Дальше на ее основе разрабатывается сценарий.

Сценарии разрабатываются нашими сценаристами, или, если того требует задача, привлекаем внешних людей, которые занимаются разработкой сценариев для сериалов и художественного кино, это специалисты из Москвы и Петербурга. Сценаристы, с которыми мы работаем, — это всегда проверенные люди, с чьим стилем и работами мы знакомы. Новые специалисты появляются только через какой-то совместный проект, потому что все роли очень важны. Кинематографический сценарий — это не текст. В нашем портфолио наперечет ролики, в которых есть какой-либо текст или даже закадровый голос. По факту, все должно быть понятно без слов. А если и есть слова — то только вступающие в конфликт с изображением, а не иллюстрирующие его. Мысль не должна подаваться напрямую, однако важно, чтобы у зрителя после просмотра осталось именно то впечатление, которое мы закладывали. И неважно, что в этот момент происходит на экране.

Готовый сценарий попадает в режиссерскую разработку. Режиссер, оператор и звукорежиссер обсуждают, как это реализовать. Оператор предлагает стилистику, звукорежиссер — звуковое решение.

Когда выбрана стилистика, появляются актеры. Ими, как и поиском локаций для съемок, в нашей команде занимается специальный человек.

Оператор разрабатывает визуальное решение, делает раскадровку. Если требуется, снимаем аниматик — это как живая раскадровка.

На самой съемке — это просто процесс фиксации. К этому моменту все уже понятно, все готово, все знают, что делать. На площадке у нас строгая дисциплина — запрещено смеяться с актерами, режиссер не лезет в камеру к оператору, оператор не вклинивается в работу ассистента по свету и прочее. Все люди, которые выходят на съемку, знают свое дело. Такой подход позволяет избежать любых ошибок и сделать то, что нужно. Снимаем мы быстро, не делаем кучу дублей — в этом нет никакой необходимости, ведь у нас все готово. К тому же, съемочная площадка — не место для экспериментов, если хочешь получить прогнозируемый результат.
Так как мы не делаем дублей, мы можем позволить себе использовать более качественную технику. Мы используем кинокамеры, и у них свои особенности. Они не имеют пользовательских фишек, это «жесткая» техника. Там три кнопки. Она просто фиксирует и все. Она снимает в RAW — тяжелый формат, наши материалы представляют собой папку, в которой каждый кадр — отдельная картинка. Как в старые добрые времена — у людей была пленка, на которую максимум в три дубля снимали любую сцену. У нас на жесткий диск в 250 ГБ влезает 25 минут записи. Времени на ошибки немного.

Когда материал отснят, он попадает в монтаж. Первый монтаж обычно делает режиссер — просто схематично собирает то, что нужно. В роли режиссера обычно выступаю я. Юля отвечает за операторское решение. Артем Каташов — звукорежиссер. Павел Здорик готовится быть оператором, а пока ассистирует оператору на площадке. Александр Сажинов монтирует проекты. Есть также ассистенты по свету, по фокусу, ассистенты звукорежиссера. Все заняты своим делом. Сейчас мы готовим вторую группу, там будет другой режиссер и другой оператор.

Во время монтажа работа происходит со всех сторон. Режиссер предлагает свое решение. Колорист делает цветокоррекцию, заложенную изначально. Иногда действительность в роликах меняется до неузнаваемости даже без графики — при помощи монтажных приемов, светотени или цветового решения. Это нужно для драматургического решения.

Весь процесс заточен на результат. Мы не можем сами делать трехмерную графику на должном уровне, и это не дело нашей жизни, есть специалисты. И оператор — это человек, который знает, что нужно сделать визуально, но мы нередко используем сторонних операторов как камераменов — ставим четкую задачу и говорим, что нужно сделать. Какие-то вещи человек может сделать самостоятельно, но если мы используем какие-то сложные стедикамы или вертолеты — в любом случае мы понимаем, что есть люди, которые могут сделать это лучше нас. И наша задача — использовать этот ресурс, чтобы достичь максимального качества. У нас есть своя техника, и какую-то привлекаем. У нас каждый проект индивидуален, в том числе с технической точки зрения.

Все процессы идут параллельно, на каждом этапе находятся профессионалы, и продукт правится с каждой стороны, так что в результате получается продукт, который будет понятен всем зрителям, а не какой-то их части.

Когда я приехал из Москвы, мы выбирали, с какого проекта начать. У нас было их два — продакшн-студия, чтобы войти игроками на рынок, или школа, чтобы транслировать знания. Они должны были существовать оба, но все нужно делать поэтапно, и мы организовалии «Киноделов». Год назад, с декабря 2013 года мы начали работу студии, и сейчас организуем школу.