Городской конструктор

Люди в сети: из твиттера на городскую площадь

С развитием новых технологий не интернет становится дополнением к реальности, а наоборот: реальность часто оказывается результатом виртуальных процессов, происходящих в Сети. Формируются новые виды сообществ и проводятся акции, которые возможно спланировать только в интернете: от безобидных флешмобов до политических переворотов. В рамках проекта FutureUrbanism архитектор Лиам Янг рассказал выпускнику института «Стрелка» Виталию Авдееву о том, как всемирные сети меняют людей и отношения между ними.


— В одном интервью вы сказали: «Сегодня виртуальное общество нам гораздо ближе, чем соседи. Поскольку расстояние больше не имеет значения, то стали появляться города, основанные на виртуальных связях, а не на географическом положении». Что это значит?

— Мы живём в интересное время, когда из-за развития виртуальных сетей отношение к традиционным физическим границам пересматривается. Уже сейчас есть сообщества, которые существуют только в цифровом пространстве. Мы привыкли оценивать город по людям, которые в нём живут. Я живу в Лондоне, мои друзья живут в Лондоне, этот город представляет собой сообщество людей, которые определяют себя как его жители. Но я не знаю, кто живёт в квартире сверху или снизу. Зато здесь я общаюсь с людьми через твиттер, скайп и фейсбук. То есть для меня Лондон как физическое пространство определяется не лондонцами, а людьми со всего мира.

— Значит ли это, что в будущем все сообщества станут виртуальными? Будут ли люди меньше путешествовать и станут ли жить постоянно в одном месте?

— Сегодня ведущую роль играют негосударственные структуры. Например, «Анонимус» — сообщество, у которого есть свой бренд, имя и логотип. Из небольшого чата он перерос в мощную сеть, рассредоточенную по всему миру. Её члены могут общаться и работать только в интернете. В каком-то смысле они превратились в такую странную форму государства. Фан-клуб Джастина Бибера — «белиберы» — тоже вид негосударственной структуры, участники которой живут на разных концах земли.

Такие типы сообществ или государств можно назвать номадическими, то есть постоянно перемещающимися по физической территории и не привязанными к границам. За ними будущее.

Будут ли люди меньше путешествовать? Не думаю. Когда интернет только появился, то все испугались, что люди перестанут выходить на улицу, будут постоянно сидеть взаперти, работать из дома и общаться с офисом через скайп. Оказалось, что всё совсем не так. Из-за интернета люди не перестали общаться, наоборот, благодаря ему у них появились новые платформы и форматы общения в реальности. Так что и путешествовать мы не перестанем, но, мне кажется, изменится то, как мы будем это делать.

— Вы основали «мозговой центр» Tomorrow’s Thoughts Today. Расскажите подробнее о нём. Считаете ли вы, что такие центры должны появиться в каждом большом городе?

— «Мозговой центр» — это модель офиса, характерная для посткризисной экономики. В нём нет органов управления или постоянных сотрудников, а его работа зависит от конкретного проекта: мы собираем людей, делаем задание и расходимся. Такой центр тоже можно назвать номадическим, то есть перемещающимся по всему миру. Он появляется в Лиссабоне, когда мы готовим программу архитектурной триеннале; в Эйндховене, когда мы ищем финансирование для голландского проекта Speculative City; в Нью-Йорке, потому что финансирование предоставляет Нью-Йоркский городской университет. Перемещаясь, мы можем привлечь к проекту больше народу и найти специалистов по конкретной теме, которая нужна для конкретного задания. Я думаю, что в будущем такая практика будет всё более популярной. У Intel есть дизайнерский «мозговой центр», у Microsoft и Google тоже.

— Как вы думаете, смогут ли люди влиять на решение глобальных проблем?

— Достоинство новых технологий в том, что они позволяют людям, живущим в разных местах, объединиться и действовать с силой, которую раньше нельзя было и представить. Можно привести в пример то, что случилось на Ближнем Востоке пару лет назад во время «арабской весны»: в Сети сформировалось объединение, благодаря которому состоялась революция в Египте. Люди отправляли сообщения, оставляли уведомления через фейсбук, а потом организовали сообщество такой силы, что оно смогло свергнуть правительство. Это был очень волнующий момент. А для других государств Ближнего Востока ещё и опасный: они стали блокировать интернет, чтобы в их странах люди не объединялись в такие же организации. Я надеюсь, что в будущем технологии помогут людям сплотиться и получить власть, равную власти государства. Для решения глобальных проблем нужны глобальные сообщества, а технологии позволяют этого добиться.

— В интервью вы говорили, что в будущем города разрастутся не только горизонтально, но и вертикально, и сформируется что-то вроде геологических пластов. Значит ли это, что некоторые из слоёв со временем окажутся бесполезными и станут памятниками прошлого?

— Я так не думаю. Если рассуждать о городе в контексте геологии, то можно сказать, что он станет новым видом природы. Раньше мы думали, что город и дикая природа — это очень далекие друг от друга, практически полярные сферы. Но теперь некоторые виды животных всё сильнее зависят от города и, если вдруг города больше не будет, то они вымрут. Когда я говорю о геологических пластах города, то имею в виду здания.

Новые слои города строятся поверх старых, точно так же, как новые слои леса растут на гниющих остатках старых деревьев.

Город будет постоянно перерабатывать сам себя, так что вряд ли в нём появятся какие-то бесполезные или ненужные слои. Скорее, они поменяют своё назначение. В городе, как в природе, появятся свои циклы и сезоны, которые будут длиться дольше, чем мы привыкли: десятилетие или даже больше. Так что город не превратится в музей истории. Он как живой организм, в котором всё постоянно меняется и развивается.


Иллюстрации предоставлены институтом «Стрелка»

Теги: